БОЛЬШОЙ ТЕАТР
3, 4, 5 марта
Опера Сергея Прокофьева «Игрок», представленная на исторической сцене Большого театра, является одной из самых дерзких и психологически напряжённых музыкальных адаптаций русской классики. Созданная по мотивам одноимённого романа Фёдора Достоевского, опера переносит зрителя в атмосферу азарта и страсти вымышленного курорта Рулеттенбург, где на кон ставятся не только деньги, но и человеческие судьбы. Под музыкальным руководством Валерия Гергиева партитура Прокофьева обретает свою полную мощь — нервная, диссонирующая, наполненная ритмами рулетки и душевными метаниями героев, она становится идеальным звуковым воплощением достоевсковской «фантастического реализма».
Постановка Темура Чхеидзе, впервые увидевшая свет в 2007 году, остаётся образцом режиссёрской и сценографической выразительности. Художник Зиновий Марголин создаёт на сцене условный, почти сюрреалистичный мир игорного дома, где вращение колеса рулетки метафорически отражает круговорот страстей и пороков. Эта опера — не просто иллюстрация сюжета, а глубокое исследование природы одержимости, где блеск и нищета, любовь и расчёт сталкиваются в неумолимом вихре случая, ведя каждого персонажа к его роковой развязке.
Большой театр →
3, 4, 5 марта
Опера Сергея Прокофьева «Игрок», представленная на исторической сцене Большого театра, является одной из самых дерзких и психологически напряжённых музыкальных адаптаций русской классики. Созданная по мотивам одноимённого романа Фёдора Достоевского, опера переносит зрителя в атмосферу азарта и страсти вымышленного курорта Рулеттенбург, где на кон ставятся не только деньги, но и человеческие судьбы. Под музыкальным руководством Валерия Гергиева партитура Прокофьева обретает свою полную мощь — нервная, диссонирующая, наполненная ритмами рулетки и душевными метаниями героев, она становится идеальным звуковым воплощением достоевсковской «фантастического реализма».
Постановка Темура Чхеидзе, впервые увидевшая свет в 2007 году, остаётся образцом режиссёрской и сценографической выразительности. Художник Зиновий Марголин создаёт на сцене условный, почти сюрреалистичный мир игорного дома, где вращение колеса рулетки метафорически отражает круговорот страстей и пороков. Эта опера — не просто иллюстрация сюжета, а глубокое исследование природы одержимости, где блеск и нищета, любовь и расчёт сталкиваются в неумолимом вихре случая, ведя каждого персонажа к его роковой развязке.
Большой театр →
